Строгий юноша. Он же – Волшебный комсомолец


Строгий юноша. Он же – Волшебный комсомолец
Oldschool2 в Довженко-центре – продолжение. Кино «зазора» и очередной шедевр.
В весьма некомфортном и зачастую небезопасном «зазоре» между революционным авангардом 20-х и «большим стилем» окаменевшего соцреализма сталинской эпохи не по своей воле оказалась уйма мастеров советского кинематографа. Московский режиссёр Абрам Роом в 1933-м году «за недисциплинированность и трудовое разложение» был временно уволен с «Мосфильма» и отправлен в своеобразную ссылку в Киев – на студию «Украинфильм». По тому же маршруту проследовал писатель-одессит Юрий Олеша: после триумфа «Трёх толстяков» (1924) и «Зависти» (1927) он совершенно не сумел вписаться в новую, куда более жёсткую и во многом непонятную для интеллигента эпоху и занимался созданием пьес, где пытался осмыслить для себя самого и сформулировать «наружу» общеприемлемые этические нормы «нового порядка». Как результат родилась удивительная пьеса «Волшебный комсомолец», которая после публикации в журнале «Новый мир» (№8 за 1934-й год) и последовавшей за ней бурной дискуссией на всесоюзном уровне с энтузиазмом была принята для постановки в Киеве под названием «Строгий юноша». Сюжетная коллизия, на первый взгляд, была весьма проста.
На загородной даче крупнейшего хирурга и учёного Юлиана Степанова (Юрий Юрьев) молодой гость – комсомолец-спортсмен Гриша Фокин (Дмитрий Дорлиак) – немедленно влюбляется в красавицу-супругу профессора Машу (Ольга Жизнева). Но столь банальная на первый взгляд ситуация становится отнюдь не мелодрамой со страстями, а только поводом для совершенно утопических раздумий о неком кодексе морали нового, пока ещё не сформированного общества, где многие акценты стоит кардинально переставить. И ладно, если б все проблемы незадачливых создателей картины сводились только к весьма спорным представлениям о новом обществе и по-интеллигентски старомодным умствованиям о недалёком уже светлом будущем! Роом, Олеша и профессионально превзошедший сам себя оператор Юрий Екельчик, дружной компанией проведшие два лета на залитом солнцем одесском побережье, создали совершенно удивительный мир.
 Утопия – она утопия и есть. Но здесь она приобретает уникальные черты. Мир фильма – словно Рим периода (тоталитарного) расцвета: с геометрически безупречными парками, глядящими на море виллами аристократии, со стадионами и мчащимися колесницами, белоснежными одеждами на безупречно сложенных юных телах, с уходящими вдаль колоннадами и прохладой просторных купален. А ещё – неожиданно! – тут вдруг возникают театр с мясистыми танцовщицами и фраками из «Травиаты», циклопическая операционная с врачами-мумиями, дискобол, метающий торты, и сон главного героя Гриши, словно подсмотренный у Пабста и Мурнау. И разговоры комсомольцев о недопустимости уравниловки (недавно заявленной Сталиным в качестве нового курса), и – главное! - Третьем Комплексе ГТО, где вместо физкультурных норм «готовности к труду и обороне» вводился некий «морализированный кодекс поведения нового человека». Строгим и безупречно литературным языком.
Понятно – фильм в своё время не «вписался в тему» ни идеологически, ни формально. 10 июня 1936-го года трест «Украинфильм» запретил «Строгого юношу». А 13 февраля 2019-го его показал Центр Довженко.
Фабрика соцреализма
Украинское кино 1930-х
6 февраля         Гармонь. 1934. Игорь Савченко
13 февраля       Строгий юноша. 1935. Абрам Роом
6 марта             Интриган. 1935. Яков Уринов
13 марта           Однажды летом. 1936. Ханан Шмаин, Игорь Ильинский
20 марта           Шуми, городок! 1939. Николай Садкович
Алексей Першко 15 февраля 2019
Like

Имя:
06 июля 2020
Ваш отзыв

популярные статьи


50 лет Полу Томасу Андерсону 50 лет Полу Томасу Андерсону

Пол Томас Андерсон - большая фигура в современной киноиндустрии, лидер американского независимого кино и простой зритель, который не...

26 июня 2020 0 725