Роберт Макки: У меня есть ключ к истории на миллион

Увійти через
Реєстрація
 
Роберт Макки: У меня есть ключ к истории на миллион
 
Новини: Роберт Макки: У меня есть ключ к истории на миллион

Культовый голливудский консультант и предподаватель сценарного мастерства Роберт Макки накануне своего четырехдневного семинара в Киеве, который пройдет с 11 по 14 октября, поделился с кинопорталом kino-teatr.ua, почему он сам решил перестать быть сценаристом, как можно найти свою историю на миллион и рецептом успешного кино.

Вы вырастили множество величайших кинематографистов, но сами занимались непосредственно производством кино вдвое меньше, чем они. Почему?

Мне часто задают подобные вопросы. Я оставил карьеру сценариста по двум причинам. Во-первых, я увидел достаточное количество своих работ на экране. И на этом успокоился, ведь все мои сценарии для телевидения были так или иначе реализованы. Но ситуация с кино немного сложнее, студии покупают много сценариев, но из 20 сценариев, права на которые покупают, только один доходит до производства. Зная, что я хороший сценарист, я решил писать о том, как надо писать. И понял, что то, что я пишу и говорю о навыках писательского мастерства, подчас гораздо важнее для меня, чем несколько отличных сценариев. Постепенно изучая этот вопрос, я понял, что существует не так много хорошей теоретической литературы, большинство учебников довольно примитивны и не затрагивают глубинной психологии. Тогда пришел к выводу, что образование в области кино в течение 30-40 лет было недостаточным. То, чему обычно учат в университетах, — это не творчество, а критический анализ. Анализ с внешней стороны — когда берут научную парадигму, некую оформленную систему и прикладывают ее к работе. Они не смотрят глубже, за рамки этих внешних категорий. В результате молодые авторы, которые посещают эти литературные занятия или кампусы, не получают никаких знаний о том, как начать создавать с нуля, с чистой страницы, создавать персонажей, рассказывать историю. Эти теории преподаются так, чтобы студент считал критическую парадигму важнее творчества. Произведение искусства — это как чистая случайность, озарение. Я пытаюсь эту систему перевернуть и показать с другой стороны, научить их писать изнутри наружу. Мы берем за основу то, что автор — первый актер, который исполняет роль персонажа. И писатель, как актер, импровизирует, разыгрывая поочередно всех своих героев в своем воображении, и потом отражает это в тексте. Именно так рождаются оригинальные истории.

Какой является ваша идея на миллион - для кино?

Неужели вы хотите, чтобы я выдал вам мою многомиллионную идею?
Вообще-то есть идея. С того момента, как я начал читать лекции в России, я начала думать об истории взаимоотношений между Пушкином и царем Николаем. У меня даже есть название – «Поэт и Царь». Ходили слухи, что Пушкин на самом деле погиб в дуэли, которая была подстроена царем, чтобы спровоцировать скандал, лежащий в основе этой дуэли, и что царь хотел от Пушкина избавиться. Я, конечно, не знаю, на сколько правдивы эти слухи, но история взаимоотношений этих двух людей была бы потрясающей – она могла бы стать вторым «Доктором Живаго». Я считаю, что в истории России просто кладезь – золотая жила отличных историй и персонажей, которые еще предстоит раскопать.
Я думаю, что ключ к размышлениям об идее на миллион или хотя бы на ту сумму, чтобы дома всегда был кусок хлеба – это задуматься об отношениях таких 2 персонажей из истории или вашего воображения, чтобы можно было задать вопрос «Что произойдет, если первый встретит второго?». По сути, это часто и есть тот самый ключ к написанию рассказа на миллион.

В Европе сейчас появилась тенденция критиковать современное западное кино в пользу старого (30-80 гг). Какое кино – современное или старое – предпочитаете лично вы?

Я не скрываю того факта, что лучшим периодом в истории кино считаю неореализм в Италии, затем годы появления и развития «новой волны» во Франции. Кино постепенно становилось интернациональным, приобрело универсальный киноязык, режиссеры вывели его на высокий культурный, социальный и даже политический уровень! Ничто в те годы не могло конкурировать с этим видом искусства. Так же, как и сложно проводить параллели и сравнивать картины тех лет и современные фильмы.

После трагедии в Авроре актуальным является вопрос насилия в кино. Согласны ли вы с тем, что агрессия в кино провоцирует всплески насилия среди зрителей? Если нет, то почему?

Нет, я так не считаю. Эта тема уже десятилетиями обсуждается – ее даже научно изучали. Психологи и социологи проводили многочисленные исследования, чтобы понять, есть ли взаимосвязь между выдуманными сценами насилия и насилием в реальной жизни, и они так и не смогли ее выявить – потому что этой связи просто нет. Чингисхан в кино не ходил, Цезарь не ходил, Наполеон – тоже. Гитлер вот ходил, но он любил смотреть австрийские истории о любви в горах. Да, он любил такие фильмы, и вот Майя Дерен, которая в итоге стала известным кинорежиссером и сняла фильмы об Олимпиаде и об известном триумфе силы воли для Гитлера, изначально была актрисой в этих австрийских любовных фильмах, которые Гитлер так любил. Так что, нам теперь считать, что корень всех бед и мирового зла – австрийские мелодрамы?
Человек по своей природе жесток и агрессивен. Все, что нужно, чтобы выйти на тропу насилия – это чуточка воображения. Воображению не нужны фильмы, чтобы везде видеть опасность. На самом деле я могу предоставить гораздо более убедительный аргументы, что проза влияет на насилие гораздо сильнее. Все просто – когда вы читаете о жестокости на бумаге, то тут подключается ваше воображение и то, как в вашей голове все рисуется, порой может быть в разы кровавее, чем любая картинка на экране. И в итоге вы будете буквально зависать в вашей голове, продумывая детали событий – если вы такого склада ума человек. Так что же делать нам? Не писать больше рассказов? Если и существует связь между насилием в кино и в реальной жизни, то как вы объясните тот факт, что вот уже 30 лет в Америке (с 1982 года и по сей день) уровень насильственной преступности только снижается? По сравнению с 1982 годом уровень насилия снизился на 40%, а тогда это был критический уровень для 20 века. В то же самое время уровень насилия в кино только повышается. Здесь напрашивается только один вывод – благодаря насилию на экране снижается насилие в реальной жизни – статистика говорит только об этом. Уровень нарисованного кинематографического насилия растет, а настоящего – падает. Хотя я и это считаю абсурдом.
А поэтому, я и не думаю, что между кино и жизнью обязательно должна быть взаимосвязь. Мысли в подобном русле нуждаются в цензуре. Одним из самых жестоких писателей всех времен был Уильям Шекспир. Он описывал воистину ужасные вещи – например, когда Глостеру выдавили глаза, или когда Брут упал на свой меч, совершая самоубийство, или когда в Тите Андронике ребенка сварили живьем, чтобы потом скормить его отцу. Любая попытка цензуры может уничтожить следующего Шекспира. Так что нет, я не думаю, что связь между этими явлениями есть и я, конечно же, не считаю, что цензура тут чем-то вам поможет.

По каким основным критериям вы разделяете кино на «хорошее» и «плохое» и разделяете ли вообще?

Конечно, мое мнение о кино основывается, прежде всего, на истории. А история – это основа моей книги и семинаров. Так что так просто в двух слова я не смогу вам описать свой многолетний труд. Что же касается сценария, то здесь как правило уже по первым страницам, по экспозиции я могу определить, владеет ли автор ремеслом и, если владеет, на каком уровне. Потому что если сценарист талантливый, то даже самую слабую историю или чудовищный финал можно переписать и привести в удобосмотримый вид и качественный продукт.

Какую литературу читаете, когда выдается свободная минутка? 

До того как стать сценаристом, я работал в театре - ставил спектакли и играл в них. Всего я поставил порядка 60 пьес. Не раз это были пьесы Чехова, которое за то время работы я изучил достаточно хорошо. Он один из гениев литературы, гений короткого жанра. Чехов утверждает, что крайне важен подтекст, что для автора недопустимо писать в лоб. И это, конечно, невероятно трудно. Как прописать поведение героя так, чтобы аудитория смогла почувствовать то, что невозможно передать словами, то, что скрывается за словами и поступками? И Чехов был лучшим в том, что касается подтекста. На мой взгляд, это ключевой навык, который русская литература подарила миру.

Среди ваших учеников огромное количество лауреатов разнообразных премий. Однако сегодня всё еще неизвестна формула идеального фильма для «Оскара», к примеру. Есть ли хотя бы приблизительная формула у вас? Если да, то какая? Если нет, то почему?

Сам концепт «готового рецепта» или «готовности исходить из рецепта» уже является преступлением против интеллектуальности, эстетики и творчества. Если вы изучите историю «Оскара» вообще и номинацию Лучший фильм в частности, то вы увидите, что выигрывают разные фильмы. Вы может увидеть очень мрачные фильмы вроде Клинт Иствудского «Непрощенного», а потом увидите какой-нибудь мягкий и трогательный семейный фильм. Чего вы можете не увидеть – это комедии. У этого жанра очень сложно с номинациями на «Оскар» и на удивление мало фильмов, которые в итоге его получили. «Оскар» любит драмы. С другой стороны, жюри не особо жалуют и боевики и научную фантастику, и, конечно же, ужасы. Если и есть некие законы номинации на Лучший фильм, то это естественно не готовый рецепт, но все же определенная любовь к драме у жюри есть. Социальная значимость и актуальность тоже важны, но, как я уже сказал, бывают такие фильмы как «Непрощенный» – он просто гениален, его нельзя не заметить. Так что, повторюсь – рецепта нет. Прошлогодний призер – фильм «Артист», написанный и снятый моими студентами – это, пожалуй, самый необычный фильм, который только можно представить. Так что каждый год надеяться можно только на то, что в этом году будет достаточно хороших фильмов, чтобы получилась достойная конкуренция на номинации, и что победителем будет не просто хороший фильм, а отличный.

Какой жанр кино вы любите больше остальных и за что?

Мои любимые жанры напрямую связаны с внутренними переживаниями героев. Мне нравятся разнообразные сюжеты – образование, крушение иллюзий, искупление, дегенерация и иногда – созревание героя. Я люблю истории, которые рассказывают о серьезных изменениях личности персонажа, когда, например, в начале герой появляется в рассказе негативным, незрелым, аморальным, циничным или даже полностью потерянным в своей жизни, а в итоге меняет жизнь к лучшему и улучшают это качества. Или наоборот, когда рассказ повествует о хорошем, добром и морально адекватном человеке, который позже разочаровывается в жизни и деградирует. Так что эти пять жанров я люблю больше всего. Они могут послужить отличным фундаментом для великой любовной истории или трагедии, в которых персонажи подвергаются внутренним изменениями в зависимости от того, как заканчиваются их отношения – хорошо или плохо. Эти фундаментальные изменения личности могут смешиваться с историями взаимоотношений или даже криминальными историями – они добавят им глубины. Так что эти жанры мне больше всего нравятся.

Можете ли вы сразу разглядеть в своем ученике будущего популярного кинематографиста или у каждого изначально есть равные шансы? 

Конечно, на каком-то самом начальном, базовом этапе все равны. Однако постепенно начинают выявлять какие-то особые черты и характеристики, которые из одного делают – гения, из другого – мастера, из третьего – ремесленника, а четвертому вообще ничего не удается. Это вопрос трудолюбия, таланта и везения. Также у студентов обычно возникают классические ошибки, которые повторяются из раза в раз: технические – скучные сцены, неуклюжая экспозиция, фальш, клише, отсутствие ритма, а также ошибки, скажем так, мировоззренческие – бессмысленное копирование известных фильмов, чтобы побыстрее продать свой сценарий и заработать денег. И если ошибки технического характера можно исправить, научиться их избегать, то ошибки связанные с финансовой стороной работы сценариста практически не лечатся и часто бывают фатальными. И основная проблема здесь в том, что всех этих людей заботит не то, о чем и зачем они пишут, а то, как бы поскорее получить за свою работу много денег. На качество своего творения им, безусловно, наплевать: им кажется, что на экране так много всякой дряни, что их дрянь уж точно будет не хуже. Им хочется успеха, им хочется как можно быстрее стать частью киноиндустрии, и ради этого они готовы имитировать все, что видят вокруг, а это, как можно догадаться, ни к чему хорошему не приводит. 

Катя Зиновьева 03 вересня 2012
Коментарі
 
Ім’я
21 липня 2017
Ваш коментар
Якого кольору трава?
 
помаранчевого
Червоного
чорного
Синього
Коричневого
Зеленого

Підписатися на обговорення

популярні інтерв'ю

Сестри Перрон: Як вижити в будинку із привидами

Андреа і Сінтія Перрон - старша і одна з молодших сестер, яким довелося виживати в справжньому будинку з привидами. Саме їх історія лежить...

24 липня 2013

85
43450

Баррі Зонненфельд: "Люди в чорному 3" мають найкраще 3D

Напередодні виходу у всіх сенсах фантастичної комедії «Люди в чорному 3» режисер Баррі Зонненфельд давв ексклюзивне інтерв'ю кращому...

13 травня 2012

79
16128

Віра Фарміга: Я вивчала демонологію заради "Закляття"

Актриса Віра Фарміга напередодні прем'єри містичної картини "Закляття", заснованої на реальних подіях, розповіла про свій досвід...

17 липня 2013

104
15453

Грег Хедсон:Схожого на "Морський бій" раніше не знімали

Ветеран війни в Іраку, який втратив на полі бою обидві ноги, Грегорі Д. Хадсон розповів кращому українському кінопорталу kino-teatr.ua про...

26 квітня 2012

112
14992

Марина Петренко: "Джентльмени удачі" - чесний фільм

За пару місяців до виходу римейку культової радянської комедії «Джентльмени удачі», яким зайнявся Тимур Бекмамбетов, виконавиця головної...

26 жовтня 2012

109
14587

 






fk tw G+